22 июня 2024

КОГДА ВСЯ ЖИЗНЬ – ПОДВИГ

14.10.2023 | 12:24

Станислав МАРЗОЕВ – потомственный офицер.

Станислав МАРЗОЕВ родился 13 октября 1953 года в семье кадрового офицера-фронтовика, Василия Даниловича Марзоева, и учительницы, Таиры Даниловны Марзоевой (Цебоевой). На фронтах Великой Отечественной сражался дедушка Станислава – Дагул Марзоев, отец 8 детей, доброволец, защищал Украину и Кавказ, а его старший сын, отец Станислава, Василий Данилович Марзоев, кадровый офицер, окончивший Владикавказское пехотное училище, в 17 лет командовал стрелковым взводом в Битве за Москву, а в 18 – стрелковым батальоном в Сталинградской битве, что является уникальным прецедентом даже для той героической огненной поры. Станислав шел по стопам своих старших, воспитанный на подвигах фронтовиков.

 

И. БЯЗРОВА

С отличием окончив военное училище в Новосибирске, молодой офицер получил право выбора места службы и осуществил свою мечту, распределившись в спецназ ГРУ. Через 4 года полыхнул Афганистан, и уже в 1980 году он добился отправки в район боевых действий в ряды десантно-штурмовой бригады, где долгие два года выполнял интернациональный долг. За мужество, проявленное в боях, был награжден орденом Красной Звезды.

Затем молодой офицер поступает в Военную академию им. Ленина, после окончания которой распределяется в Закавказье, где к тому времени начинают разгораться вооруженные конфликты, в урегулировании которых он принимает непосредственное участие, в том числе в рядах бригады спецназа ГРУ. События в Азербайджане, Армении, Нагорном Карабахе, Грузии, Южной Осетии – все эти трагические события стали частью его жизни.

Но распадается Советский Союз, и Станислав Марзоев волею судеб прибывает для дальнейшего прохождения службы в Северную Осетию, где уже через считанные месяцы, в октябре-ноябре 1992-го года, профессионализм и военные навыки боевого офицера будут востребованы во время отражения агрессии бандформирований. В те дни он познакомится со старшим из трех братьев Слановых, которые геройски пали в одном бою, 4 ноября 1992 года, став символом той жестокой необъявленной войны. Станислав погибнет ровно через 10 лет, и так распорядилась судьба, что они покоятся в соседних могилах на Аллее Славы города Владикавказа, столицы республики, которую они тогда защитили.

В 1998 году С.В. Марзоев становится заместителем командующего 58-й армии Северо-Кавказского военного округа, самой боеспособной и непрерывно воюющей армии нашей страны, которая на тот период истории являлась самым крупным войсковым объединением в мире. Здесь воплотился весь накопленный опыт и потенциал полковника Марзоева. Он активно участвует в обеспечении ввода миротворческого контингента 58-й армии в Южную Осетию. Вскоре начинаются боевые действия на территории Дагестана, а затем и Чечни. Работая на износ, отдавая все силы и не считаясь с риском для жизни, полковник Станислав Марзоев принимает непосредственное участие в боестолкновениях, порядка 5 лет реализует на этой должности колоссальный пласт задач, стоящих перед военнослужащими армии, сражавшейся с международным терроризмом.

Он, представитель военной династии, стал основоположником династии офицеров 58-й армии. По стопам Станислава пошел его младший брат Аркадий, офицер спецназа ГРУ и ВДВ, ветеран боевых действий, орденоносец, служивший и воевавший в составе 58-й армии, прошедший, пожалуй, все вооруженные конфликты новейшей истории. Генерал-лейтенант Аркадий Марзоев Указом Президента Российской Федерации 18 августа 2023 года назначен командующим 18-й общевойсковой армией Южного военного округа, служба которого и сегодня на острие в обеспечении обороноспособности российского Крыма.

Василий МАРЗОЕВ со своими сыновьями Станиславом (сидит рядом) и Аркадием.

Сын Станислава Марзоева – Олег, став офицером, проходил службу в 58-й армии.  Племянники Георгий и Василий окончили суворовское, стали курсантами Высшего военного командного училища, готовятся встать в офицерский строй.

Зная войну изнутри, свою главную миссию Станислав Марзоев видел в сохранении мира. В тяжелейшие для России и Осетии годы, Станислав ставил перед собой глобальные и поначалу казавшиеся неосуществимыми задачи: он создал первые в республике кадетские классы, по его инициативе было воссоздано Северо-Кавказское суворовское военное училище, почетное наименование получила подводная лодка «Владикавказ», был заложен Мемориал Славы по ул. Красногвардейской г. Владикавказа, он возрождал «Зарницы», показы военной техники, обеспечивал призыв сотен ребят из Осетии в элитные войска и поступление в лучшие военные вузы, делал неимоверно много для страны, республики и Вооруженных сил, обладая удивительной способностью объединять людей вокруг реализации исторически значимых задач. При этом не говорил «я», а всегда подчеркивал, что ключевую роль играют сплоченность и патриотизм народа, неравнодушных его представителей.

Символичны и удивительны строки из личного дневника полковника Станислава Марзоева, найденные в его сейфе после гибели, которые при жизни офицера не видел никто, характеризующие то, во имя чего он жил, созидал и за что сражался: «Любимая Осетия, спасибо за помощь! С тобой я – сила! Пусть и впредь Святой Георгий покровительствует солдатам России! Буду все делать для мира, добра и счастья в России! Клянусь!»

Сегодня, спустя много лет после его ухода, в Осетии и других уголках России его светлой памяти посвящают стихи и песни, в его честь называют своих сыновей, и нет сомнений, что пока память и дело таких героев живет, наш народ, нашу армию и страну сломить никому не удастся. Имя Станислава Марзоева носит средняя школа № 50 г. Владикавказа, где установлен памятный барельеф, мемориальный бюст установлен на Аллее Славы в г. Дигоре, в Военном университете, бывшей академии имени Ленина, открыта именная аудитория, в его память создана мемориальная экспозиция в Центральном музее Вооруженных сил РФ, Высшем военном командном училище в Новосибирске и, конечно, в музее боевой славы 58-й армии.

К могиле Станислава МАРЗОЕВА на Аллее Славы во Владикавказе почтить его память приходят его семья, родные…

Навестить могилу дедушки на Аллею Славы Владикавказа приходят сегодня маленькие внуки, которые его, увы, не застали.

3 ноября 2002 года вертолет Ми-8, в котором заместитель командующего 58-й армией Станислав Марзоев возвращался из района боевых действий, вылетел с аэродрома Ханкала Чеченской Республики и взял курс на Владикавказ. Этот борт боевики ждали. По набравшей почти километровую высоту машине с окраины Грозного был произведен пуск из переносного зенитно-ракетного комплекса. Парашютов на борту не было. Ракета со страшной силой врезалась в двигатель. Винтокрылая машина загорелась и, потеряв управление, начала стремительно падать. Профессиональный офицер спецназа ГРУ и ВДВ, человек огромного мужества и выдержки, Марзоев знал, что шансов выжить практически нет, но надвигающейся смерти и огню не сдался. Счет шел на мгновения. В этом огненном аду, бросая свой последний вызов смерти, полковник Марзоев распахнул дверь вертолета, схватил находящегося в глубине салона солдата, с силой вытолкнул его из горящего вертолета и только затем покинул пылающую машину сам. Через секунды Ми-8 взорвался в воздухе и рухнул на землю, испепелив оставшихся в нем 7 пассажиров и экипаж. Высота была запредельной, выжить не удалось никому.

Вылетая вертолетом в командировку в район боевых действий, а в год количество подобных перелетов исчислялось сотнями, Марзоев всегда садился рядом с дверью, хотя из-за большего шума, холода, ветра в этой части пассажиры обычно стараются пройти дальше в салон. Получив боевой опыт еще в Афганистане, где боевиками было сбито более трехсот советских вертолетов, пройдя «горячие точки» Закавказья и Северного Кавказа, где горно-лесистая местность даже в штатной ситуации таила угрозу, тем более в районе боевых действий, Марзоев был всегда в готовности принять мгновенное решение, место у двери давало преимущество обзора, в том числе в ведении огня по противнику в случае обстрела с земли, рядом находится кабина пилотов для оперативного взаимодействия с ними, и когда позволяла погода, он дверь во время всего полета оставлял настежь открытой. И в тот трагический вечер, заметив отделившуюся от земли, приближающуюся к вертолету с высокой скоростью огненную точку, он понял все. Обладая колоссальным боевым опытом, совершив за свою долгую военную карьеру множество прыжков с парашютом, в том числе в экстремальных условиях, он знал, что высота выжить не позволит, но без боя смерть не принял, используя все возможности в борьбе за жизни подчиненных, спасти которых, увы, было уже не в его власти.

Бюст Станислава МАРЗОЕВА на Аллее Славы в городе Дигора.

После трагедии боевые друзья вспоминали ставшие пророческими слова полковника Марзоева, которые пролили свет на произошедшее в последнюю минуту его жизни. Он неоднократно и хладнокровно, разъясняя подчиненным необходимость находиться в полете ближе к двери, говорил: «Это война, каждое мгновенье – риск. Когда вертолет сбивают и он загорается, на борту создается такое давление и температура, пламя все испепеляет, от людей ничего не остается. Какая бы высота ни была, медлить нельзя – нужно прыгать. Пусть выжить не удастся… но семье будет, что похоронить…»

Гибель вертолета попала в объектив камеры военнослужащих, которые фотографировались перед убытием с базы группировки на Ханкале, когда в небе разыгралась эта трагедия. На кадрах падающий камнем, объятый пламенем вертолет. А несколькими секундами ранее из только что подбитого Ми-8 сначала вылетел солдат, затем выпрыгнул полковник Марзоев, который в том роковом падении, длившемся не более 15 секунд, успел снять с себя бушлат, сделав из него подобие парашюта, и гасил им скорость падения…

В тот трагический воскресный вечер, 3 ноября 2002 года в 16.45, полковник Станислав Марзоев ушел из жизни так, как считал для себя единственно возможным, борясь до последнего и глядя смерти в глаза. Оборвалась жизнь блестящего советского офицера, сына Осетии и России, истинного патриота Отечества, олицетворяющего мужество, самопожертвование и любовь к Родине.

Полковник Станислав Марзоев олицетворяет, символизирует 58-ю армию и в самом буквальном смысле: он – автор герба, эмблемы армии и ее главной реликвии – штандарта командующего, боевого армейского знамени, инициатор самого торжественного церемониала его вручения, который ранее на уровне армий не проводился.

Это стало прецедентом в масштабах Вооруженных сил, штандарт был вручен командующему 58-й армией впервые в истории современной России, со временем став традицией для всех войсковых объединений нашей страны.

* * *

Сегодня речь идет о Станиславе Марзоеве, тем не менее следут подчеркнуть и то, что славные традиции военной династии Марзоевых имеют достойное продолжение, и прежде всего в лице командира 22-го армейского корпуса Южного военного округа, генерал-лейтенанта Аркадия Васильевича Марзоева.

 

«В ГОРАХ СВЕТАЕТ ПОЗДНО»

 

В средствах массовой информации в свое время было опубликовано немало материалов о самом Станиславе Марзоеве, так и публикации его самого. И сегодня вашему вниманию предлагаем отрывок из опубликованного в журнале «Советский воин» (1983 год, № 9) очерка капитана Н. Бурбыги «В горах светает поздно».

 

– А у нас, Федор Иванович, на плечах не только погоны – судьбы людские, жизни…

Марзоев понимал, что не делает открытий. Но здесь, в горах, высокие слова о судьбах и жизни – не расхожие истины. Конечно, старший лейтенант Е. Машков не такой уж новичок, хотя и принял подразделение недавно.

Марзоев хотел убедить командира в том, что место замполита батальона сейчас именно в этом подразделении. Ведь роте отводится трудная и ответственная задача.

Комбат еще колебался, но глаза выдали раньше, чем он сказал:

– Согласен. Только кто за тебя останется?

– Лейтенант Данда, – не задумываясь ответил он. – Стажировка в новой должности, да еще в полном объеме, только будет способствовать формированию самостоятельности. – И, помолчав, добавил: – А еще говорят, хочешь знать, как сам работаешь – посмотри, как будут работать без тебя те, кого ты учил.

…От командира Марзоев вышел с приподнятым настроением.

– Товарищ капитан, вам и сегодня письма, – протягивая разноцветные конверты, сказал подбежавший солдат-почтальон.

Одно письмо было из Ашхабада. Знакомый почерк, мамино. Его можно прочесть перед сном. Старательно убрал конверт в нагрудный карман, развернул второе письмо.

Анна Алексеевна Кузикова из Уфы просила сообщить, как служит ее сын, Андрей, сетовала на то, что подолгу от него нет новостей. «Ах Кузиков, Кузиков… ленишься, братец, ленишься. Негоже забывать мать… Надо подсказать солдату, но только после учений…»

Третье письмо – ответ с Уралмаша на отправленное ко Дню машиностроителя поздравление трудовому коллективу и благодарность за хорошую допризывную подготовку рядового Андрея Любимова. Уральцы просили поздравить своего товарища с днем рождения, надеялись: вернется после службы на родной завод.

Андрей недавно получил в горах травму. Сейчас лечится, дела пошли на поправку. Надо не забыть зачитать письмо перед строем. Но о письмах потом. Посмотрев на часы, Марзоев заторопился. Обещал быть на совещании комсомольского актива, а времени – только дойти до палатки.

Откинув полог, увидел солдат. Те оживленно что-то обсуждали. Особенно выделялся ефрейтор Пугачев. Он о чем-то говорил, указывая на стоящего рядом веснушчатого солдата, глаза которого искрились, на лице сияла улыбка. Так улыбаются люди, познавшие счастье творчества.

Увидев офицера, кто-то подал команду.

…Проинформировав активистов о предстоящей задаче тактического учения, Марзоев остался один. Сидел. Вглядывался в список расстановки людей. За каждой фамилией – конкретный солдат. И как он поведет себя в условиях, сходных с боевыми по тактическому фону, психологическим нагрузкам, возникающим внезапностям? Первым в списке значился старший сержант Ваапов. Этот уже проверен. Смел, отважен, инициативен. И как быстро стал его первым помощником – секретарем комсомольской организации подразделения! Он, как принято говорить о солдате в наше время, – маяк во всем. В службе, в соревновании.

Недаром на его тужурке рубинами сияет орден Красной Звезды. Марзоев такую же награду имеет.

Марзоев открыл дневник, записал: «Быстро прошел год. Что мы смогли за это время? – И, подумав, дописал: – Научились работать в сложных условиях и… очень даже неплохо».

Достал письмо из дому. Мать сообщала о новостях, конечно же, беспокоилась и просила быть помягче с солдатами. Улыбнулся. А в конце спросила о Наташе. Он задумался. Мама еще не знает, что Наташа выходит замуж. Разумеется, не за него… Он вышел из палатки.

Ночь, Небо усеяно перламутром звезд. Свежий запах гор и невидимых тихих дымов от людских жилищ, лай собак и где-то далеко, за амударьинской водой, – былая жизнь, любимая женщина. И непонятно было ему, почему он, стремившийся во всем поспеть – прыгать с парашютом, отлично стрелять и, наконец, психолог, умеющий разговаривать с солдатом, – так и не смог найти слов для нее. А может, и здесь дело не только в словах? Может, нужен постоянно, рядом сам он? Но, увы, он не раз пытался ей объяснить, что себе не принадлежит. Служба…

Не зажигая света, прошел к кровати. Офицеры спали. Расстегнул портупею, рассеянно прислушиваясь к тихим шагам часового. Постарался вспомнить, что еще не сделал. Вспомнил о книгах, которые взял в библиотеке. Среди них «Навеки – девятнадцатилетние» Григория Бакланова. Есть что-то близкое, глубинное в ней. Такие книги способны поднимать лучше крыльев. Он прилег, закрыл глаза…

Спать не хотелось, мысли шли одна за другой.

Он пытался гнать их, корил себя за то, что расслабляется, что бередит душу. И хотел он того или не хотел, а перед глазами вставали новые картины. Вспомнилось детство. Отец-фронтовик, рассказы которого о боевых подвигах воспринимались как легенды. Первые книги и первые попытки быть похожими на их героев. Может быть, все это и помогло ему стать курсантом Новосибирского высшего военно-политического общевойскового училища. А затем служба в одном из центральных военных округов. Казалось бы, что может быть лучше? Но его с детства воспитывали трудиться там, где нужнее, там, где он сможет принести как можно больше пользы. Это толкнуло обратиться в отдел кадров с просьбой о переводе его на новое место службы.

Начальник отдела кадров расспросил, затем положил перед собою его рапорт, провел по бумаге ладонью:

– Так… Значит, здесь легкая служба, а там трудная… Это кто же вас так учил?

– Вы, товарищ полковник! Я был солдатом в полку, которым вы командовали! – ответил, с трудом сдерживая улыбку, Станислав Марзоев.

– Вот как?! – разом, потеплевшим голосом сказал полковник. – Узнаю своих.

…Собирался в дорогу недолго. Всего вещей-то – платяной шкаф, битком набитый… книгами. Перед отъездом один из товарищей спросил:

– Значит, Станислав, в жару, в пекло едешь… Видать, мечтаешь быть генералом?

Какой солдат не мечтает о маршальском жезле? – И уже почти серьезно сказал: – И тебе советую. А то в Киеве его можно всю жизнь носить в ранце…